Мне было скверно: утром, полусонный,
Я в степь пошёл навстречу солнцу.
Оно ничто не говорило —
Окутало, взбодрило, окрылило!
Оно звало к неведомым высотам —
Икаром стать, и полюбить полеты,
Оставить шум земной и суету
И преступить запретную черту.
Я возжелал губительного света,
Чтоб страх расплавился во мне.
Пусть крылья тают — судьба поэта:
Сгореть до пепла наяву, а не во сне.
И с той поры несу в груди сиянье,
Как знак незримого признанья.
Брожу с улыбкой странной —
Счастливый, тихо-осиянный.
Оставить комментарий